Думин

Дознание инспектора Думина

Несколько лет назад мной была написана статья о  полицейских-урядниках, выполнявших свою миссию до 1917 года на территории Пудожского уезда. И вот недавно, по стечению обстоятельств, мне в руки попала пачка оборванных бумаг, исписанных частично карандашом, частично выцветшими чернилами. Некоторые из них мне удалось «расшифровать». Оказалось, что они (протоколы, акты, следственные записки)  имеют отношение к служебной деятельности советского «урядника», а именно колодозерского участкового инспектора А. Ф. Думина и датируются 1929-1932 годами. Занимался Думин, в общем-то, мелкими делами, но эти материалы отражают и общественные процессы государственного масштаба, что само по себе достаточно интересно. Поэтому я предлагаю их вниманию читателей, с моими пояснениями. Некоторые фамилии сокращены из этических соображений.

 «Хищнический  забой скота»

Спектр деревенской «уголовщины» в милицейских бумагах Думина не слишком  широк. Это потрава овса в д. Хлыстовской (Колодозеро) и «падение лошади» (видимо, падёж – А. К.) в Корбозерском сельсовете, разбазаривание дефицитных товаров,  взыскание алиментов (8 руб. в месяц) и т. д. Но больше всего  небольших «квиточков» с заголовком «Хищнический забой скота». Из них следует, например, что в ноябре 1931 г. гражданин (так в тексте – А. К.) Водлинского сельсовета Васюнов за хищнический забой  коровы (нетели) получил штраф в  200 рублей.  В начале апреля 1932 г. граждане Салмозерского  сельсовета произвели указанное противозаконное  действие в отношении  своих телят, числом от 1 до 3 голов, и называются фамилии: Занины (5 чел.), Тарасов, Конецкий, всего семеро.  За это каждый был оштрафован на сумму  от 50 до 180 руб., согласно протоколу заседания президиума Пудожского райисполкома от 23.04.1932. А гражданин Корбозерского сельсовета Тарасов О. В. за «хищнический» забой коровы  получил щтраф посолиднее –  300 руб. Еще один житель Салмозера был оштрафован  за «хищнический убой быка без разрешения».

Пояснение:  Надо иметь в виду, что  с самого начала колхозной кампании, а точнее с 1929 г., по всей стране крестьяне начали резать свой скот перед вступлением в колхозы, чтобы не передавать его в колхозное стадо. Это явление приобрело такой размах, что появилось Постановление ЦИК и Совнаркома СССР от 1.11. 1930 г. «О мерах против хищнического убоя скота», предусматривавшее за данные действия ответственность (штрафы, конфискация скота и т. д., вплоть до лишения свободы с высылкой). Как видно из материалов Думина, только в Салмозере крестьяне пустили под нож как минимум 10 голов скота. А всего в разгар коллективизации (1929-1932 гг.) потери скота в Пудожском районе, по моим подсчетам, составили: по лошадям – около 2000 голов, по коровам – 1200, по овцам и козам – около 7000 .

 

«Хорошего ожидать нечего…»

В адрес участкового инспектора Думина поступали заявления от граждан, самого разного содержания. Вот одно из них, оформленное протоколом от 19.12.1932:

«Я, член колхоза «Красноармеец» Ш., …в 9 часов вечера сидела на вечерке… Со мной сидели единоличники Ш. и К. и противопожарник Пудожской пожарной дружины тов. П-в…, который завел беседу насчет колхозов, спрашивая у граждан, которые сидели со мной вместях, что состоите ли вы членами колхоза.  Последние ответили нет. Он разговор продолжает, говорит, если не состоите, то и не ходите. Потому, что есть постановление в газете о том, что весной наилучшая земля от колхозов будет даваться единоличникам, и колхозы, как таковые, развалятся, потому что нет никакой пользы от них…, дальше тов. П-в говорит, что пока жив был Ленин, то дело шло хорошо. Но Ленин помер, наступил Калинин, хорошего ожидать нечего…

…Прошу разобрать данное дело и привлечь к уголовной ответственности».

Пояснение: 7 авг. 1932 г. в СССР был принят закон «Об охране имущества государственных предприятий, колхозов и …». Он предусматривал ответственность за агитацию против колхозов, вплоть до лишения свободы от 5 до 10 лет.  Поэтому бдительность колхозницы Ш. легко объяснима. Остается загадкой – дал ли ход Думин этому письму или «положил под сукно». Вероятнее всего второе, поскольку фамилии «противопожарника» в списках репрессированных не значится, да и время тогда было относительно мягким.  Самые свирепые репрессии наступили позднее, в 1937-38 гг.

 

«Нормы хлеба не хватает…»

18.12.32 г. Следственная записка

От зав. Сюзикозерским лесоучастком:  На ваше требование от 8.12.32 г. сообщаем следующее: Бригада Миронова Изосима состоит из 7 человек. В этой бригаде люди состоят исключительно игнорирующие существующие положения в данный момент, примерно правительственной нормы хлеба не хватает и не стараются, чтобы больше сделать  перевыработку  и больше получить хлеба, но даже занимающиеся вредительством. 6.12 выдали бригадиру 12 кг хлеба и других продуктов, даже дано вперед, т. е. авансом. Последний (т. е. бригадир – А. К.) принес в барак и… тот хлеб съели зараз. На второй день ставит бригадир вопрос десятнику, чтобы тот дал справку, что из-за хлеба уходят домой. Убеждения никакие не принимаются, только крик, ругань и т. д.

Валенками вся бригада снабжена полностью.

   …Прогулов у всех много».

В конце приводится список «бригады перзаковцев» (так в тексте, правильнее –пирзаковцев – А. К.)

Пояснение: в этой следственной записке речь идет о выполнении колхозниками из д. Пирзакова (она же  Кукасова) т. н. трудгужповинности, т. е. принудительных работах в лесу, со своими лошадьми, с оплатой в виде начисления трудодней, т. е. фактически бесплатно. Она вызывала естественное возмущение колхозников и массовый саботаж с их стороны.

 

Пропало сено

  1. 12.1932. Заявление Елисеева В. Е. ( Корбозерский сельсовет, д. Костина гора)

«В урочище Майморучей… потерялась заколина сена… Подозрение имею на граждан  Климовского сельсовета  Приозерного района (т. е. с каргопольской стороны – А. К.) рыбаков Б-ва В. и Б-ва Л., которые ловили у озера рыбу и это сено скормили для своих лошадей…»

 

 

18.02.1933. Акт

Суть этого документа в том, что колхозники из колхоза «Доброволец» Корбозерского сельсовета выехали за сеном, но сена на месте не оказалось. Вслед за  этим последовало заявление председателя Корбозерского сельсовета Митюшина, в котором он просил « расследовать дело о Нигозерском ЛЗП (лесопункте – А. К.)» и  привлечь  к ответственности председателя колхоза « по факту отсутствия сена на полях  колхоза «Доброволец». Всего пропало 2 воза сена. В заявлении называются конкретно виновники –  председатель колхоза  Г., и приехавший из леса (т. е. с лесозаготовок – А. К.) за сеном С.,   будто бы «занявшийся пьянкой». «На работы  в лесу колхоз подвёз достаточно сена для лошадей, но сено пропало и состоялся срыв работы. Со стороны лесорубов был саботаж. Просим привлечь виновных в саботаже». Но колхоз, как следует из акта,   все обвинения в свой адрес отрицал.

Пояснение: Этот документ, к сожалению, невозможно полностью прочесть, в таком ветхом состоянии он находится. Да и грамотность его авторов оставляет желать лучшего. Поэтому понять, кто прав, а кто виноват и чем всё закончилось, невозможно. Однако обращает на себя внимание обвинение лесорубов в саботаже. Зловещее слово «саботаж», т. е.  намеренный срыв работы или уклонение от нее, до революции 1917 г. пудожским крестьянам было незнакомо, т. к. они были единоличниками,  работали на себя и свою семью. Во время коллективизации обвинение в контрреволюционном саботаже (с 1937 г. статья 58-14) имело очень печальные последствия для обвиняемого. Вплоть до расстрела с конфискацией имущества.

 

И один умывальник…

Пожалуй, самым серьезным уголовным делом, которое расследовал Думин в 1932 г., было  дело о краже продуктов  со   склада участка Шаньгоры. Здесь на 6.06.32 числились : крупа перловая (6 мешков), горох (1 мешок), сахарный песок (2 мешка), макароны (1 ящик), спички (1 ящик), консервы (11 банок),  1 бочка селёдки, мука ржаная (1 мешок), со 3 мешка соли. А кроме того чашки деревянные (6 шт.) бидоны алюминиевые (7 шт.), блюда алюминиевые (7 шт.), умывальники (3 шт.) , ведра оцинкованные (4 шт.), три оцинкованных таза, одно ведро деревянное,  четыре жестяных чайника, пилы поперечные, топоры и еще кое-что по мелочи.

В протоколе допроса записаны показания помощника зав. Колодозерским лесопунктом Кабадеева П. М.: «Будучи в урочище Шаньгоры, ввиду отсутствия у нас продуктов, мы зашли в кладовую. При входе мы нашли, что на полу кладовки было  насыпано сено. Потолочины напротив сена были расшевелены. Когда перевесили то, что оставалось в кладовой, то обнаружили, что похищено. В кладовой недоставало: сахарного песку 14 кг,  гороха – 11 кг, консервов – 11 банок и умывальника. Кража совершена путем свободного входа в сени. В дальнейшем преступник мог проникнуть на чердак по лестнице, затем поднять потолочины и проникнуть в склад. Замки на кладовке целы, каких-либо следов не обнаружено. Сторожа (Сафронов и Кузнецов) объяснили, что никуда не отлучались.

Пояснение: К сожалению, остальные следственные материалы по этому делу отсутствуют, поэтому результаты его мне неизвестны. Но, учитывая, что  в лесном посёлке Шаньгора по состоянию на 1933 г.  проживало 55 мужчин и 13 женщин, думаю, что найти вора среди полусотни мужиков не составило большого труда.

Самое загадочное в этой краже – умывальник. Неужто вор был таким чистоплотным?

 

«Ввиду халатно-преступного хранения…»

С 1929  до 1935 г. в СССР действовали продовольственные карточки, часто становившиеся целью преступного умысла.  Что вполне подтверждает дело о их пропаже  на Сюзикозерском лесопункте (1932 г.). Как следует из протокола опроса зав. лесопунктом,  полученные им продкарточки были  сданы под ответственность счетоводу Макарову В. Г. , который под отчет направил их конторщику И-ву  в Порштинский участок, а тот должен был    выдать по ним продукты лесорубам. Направленный в Поршту для проверки Макаров обнаружил у И-ва недостачу карточек в количестве 102 штуки. Далее зав. лесопунктом показал: «В момент этого дела мною рассчитан( т. е. уволен – А. К.) конюх С-в М., у которого оказались какие-то купоны от карточек, несколько норм на получение муки. Последний (т. е. конторщик И-в – А. К.) дал три нормы С-ву, две нормы П-ву В. и по двум этим нормам…  выдал муку или хлеб самому С-ву. А сам С-ов после расчета отправился в Колодозеро, но неизвестно где остановился».

Далее – слова самого Думина:  «На почве этого я сразу выехал на Поршту для выяснения ненормальности, но конторщика И-ва вызвал начальник Пудожской раймилиции. У последнего (т. е. конторщика –А. К.) карточки и документы хранятся в сундуке под замком. Установить факты не удалось. До приезда… из Пудожа не представляется возможным».

Как следует из протокола опроса счетовода Макарова , им   в подотчет И-ву были выданы продкарточки в количестве 1363 шт. (за ноябрь и декабрь 1932 г.) Недостача карточек  составила 87 шт. «Причина по недостаче карточек – ввиду плохого убора (видимо, плохого хранения – А. К.), потому что у конторщика И-ва не было такого места, где бы он мог хранить карточки. При моем прибытии он хранил карточки в чемодане». Тем временем в деле появились новые подозреваемые. Опрошенный конюх Сюзикозерского конного обоза П-в  припомнил, что «перед выходом на работу конюх Г-ов показал… две нормы от карточек на получение хлеба. Я спросил у Г-ва, что отдай мне, Г-в  сказал, что  возьми». У Г-ва была взята подписка о невыезде.

Из протокола опроса Г-ва А. Е. (зарплата 84 руб. в мес., три судимости). «Продкарточки мною получены от конюха С-ва в бараке. Карточки на получение хлеба. С-в вынял их из спичечного коробка. Утром показал карточки П-ву. Тот признал их своими».

Постановление от  8.12.1932 г. :  «Я, участковый инспектор Думин, рассмотрев материалы, нашел, что, ввиду халатно-преступного хранения прод. карточек  со стороны конторщика Порштинского участка, у последнего была обнаружена недостача таковых…. В первых числах декабря 1932 г. у конюха Г-ва появились талоны от прод. карточек. Талоны он передал конюху П-ву безвозмездно. У гражданина Г-ва произвести обыск на предмет обнаружения продкарточек». Однако, как следует из протокола обыска, в комнате Г-ва ничего не было обнаружено.

В следственная записка имеется ответ (очевидно, зав. лесопунктом) Думину на запрос о С-ве. «…Перешел в конюхи нашего обоза, но работал без всяких документов. В декабре рассчитан за хищничество …за время перевозок похищено 22 кг хлеба и новые валенки. Выбыл в д. Падун».

Из приписки к этой следственной записке следует, что в д. Падун С-ва не оказалось . Кстати, человек под такой фамилией значится в Акте от 27.11.1932 г., где речь идет о том, что извозчик С-в перевозил хлеб из Кривецкой пекарни в Сюзикозеро и во время приемки выявилась недостача: по накладным числилось 39 ковриг, а от извозчика получено 37 . Деньги за утерянные (или съеденные?)  две ковриги,  общим весом 9 кг, с извозчика высчитали в кратном размере. Возможно, что это тот же С-в, который подозревался в краже продкарточек в Порште.

…Завершает материалы «порштинского дела» загадочная запись на последнем листе, гласящая, что  недостающие карточки от конторщика И-ва приняты полностью за исключением двух штук. Таким образом, как можно понять, дело было закрыто.

Пояснение: упоминаемые в тексте продовольственные карточки был введены в СССР в 1929 г. и действовали до 1 января 1935 г.

И в заключение – о самом милиционере Думине А. Ф.  Я думаю, что Е. Г. Нилов в своем очерке  «Враги народа, подлинные  и мнимые…» именно этого человека  имел в виду: « После Федотова  во главе РО (районного отдела – А. К.) НКВД находился Думин. Когда в органах началась перепроверка материалов по делам осужденных, у Думина нашли нарушения соцзаконности , арестовали и расстреляли».

Действительно, в списках репрессированных по Пудожскому району есть запись: «Думин Андрей Фёдорович, 1896 г. р…., карел, беспартийный,  работник милиции. Проживал в селе Пудож». В октябре 1937 г. Думин был арестован, в июне 1938 г. расстрелян по приговору Военного трибунала погранотряда ЛВО (Ленинградского военного округа – А. К.). Место расстрела не установлено.

 

А. Костин

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш имейл не опубликован*

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.

Контакты

89214564543
Istok_sily@mail.ru
Карелия, Пудожский район, д.Нигижма, ул.Пионерская, д.39.
Istok_sily@mail.ru

Социальные сети