ОБРЕТЕНИЕ ИМЕНИ

ОБРЕТЕНИЕ ИМЕНИ

«Пришли иные  времена, взошли иные имена…»

Е. Евтушенко

 

В апреле этого года наша российская Госдума приняла закон об именах, упорядочивший их использование, исключивший из употребления разные экзотические и просто дурацкие имена, которые отдельные родители по глупости, невежеству или по другим причинам давали своим чадам. Лично меня этот   нужный и своевременный законодательный акт побудил вновь обратиться к вопросу об именах, взяв за основу  пудожский материал.

Первые известные нам мужские имена пудожан можно обнаружить в писцовых книгах 16 века. Всего их, по  приблизительным подсчетам, я нашел  примерно две с половиной сотни. Если выделить среди них  дюжину самых распространенных, то  выглядеть она,  по мере убывания, будет  так: 1. Иван 2. Фёдор 3. Василий 4. Михаил 5. Семён 6. Яков 7. Григорий 8. Ларион 9. Пётр 10. Андрей 11. Тимофей 12. Игнат.  Эти имена древнееврейского (Иван, Михаил, Семён, Яков), древнеримского (Игнат), древнегреческого происхождения (все остальные), давались в церкви, обычно на восьмой день после рождения   и брались не «с потолка», а заимствовались из святцев, т. е. списков святых. В повседневной жизни эти имена нередко бытовали в простонародной форме: Якуш (Яков), Терех (Терентий), Фофан (Феофан), Фарафон (Ферапонт), Корныш ( Корнилий), Васюк (Василий), Мишук (Михаил), Стеша (Степан) и т. д. Со временем от таких имен произошли многие фамилии пудожан. Большинство имен в писцовых книгах  даётся в уничижительной форме, подчеркивающей их зависимое положение – Демит(д)ко,  Антошко, Ефимко, Юшко, Матюшка, Лучка и т. д. Впоследствии  подобные имена трансформировались в многочисленные пудожские фамилии: Демидков, Анхимков, Абрамков, Титков, Амосков, Власков, Мартяшков, Миронков, Юшков,   и прочие. Такие фамилии вполне определённо указывают на крестьянское происхождение их владельцев. С другой стороны, форма имени могла подчеркнуть  значительность, общественный вес, человека. Например, священнослужители одно время пользовались правом именоваться с окончанием на –ище. Подобный пример мне известен в истории нашего Пудожья.  В 1640 году в судебной тяжбе крестьян волости Сумы Кривецкой с Муромским монастырем участвовал местный священник, о чем сохранилось письменное свидетельство: «У подлинной поп Иванище руку приложил».  Вспоминается и  скандально известный кижский поп (17 век), фигурирующий в некоторых документах, как «Еремеищо Корнилов». Такие искаженные имена, или, выражаясь языком науки филологии, полуимена, доставляли определенные неудобства, особенно в канцелярском деле. Положил конец этому безобразию Петр Первый. Он в 1701 году  своим указом ввел единое именование людей в официальных документах, включавшее имя по крещению, отчество и фамилию.

Не забудем, что, кроме христианских, пудожане в «досюльние» времена носили  еще языческие имена и прозвища: Балда, Дурак, Мичура, Копыто, Росляк, Поршень, Бодун, Ширяй, Поздняк, Нечай, Кисель, Молчан, Сокол, Рудак и прочие. Они сохранились в названиях многих старинных пудожских деревень, так как она обычно называлась по имени первопоселенца. Примеров тому более чем достаточно: Балдина гора, Росляково, Дягель-Наволок, Мичуринская, Кислякова, Путилово, Дунаевская, Беляева гора  и т. д.   Многим  не хотелось расставаться с такими, привычными, именами. Но и отказываться от утверждённых церковью, христианских имён, было боязно, поэтому часто наши предки  носили два имени: одно, языческое –  дома, а на публике – церковное. Напомню, что креститель Руси князь Владимир получил при крещении христианское имя Василий, но и от старого языческого имени не отказался, под ним он, собственно, и вошел в историю. Сочетание домашних и церковных имен иногда принимало довольно причудливые и просто забавные формы. Так,  в 16 веке в судебном споре между Палеостровским и Муромским монастырями принимал участие староста Кижского погоста Ёрш Сергеев, а в одном из погостов на территории нынешней Карелии проживал, и  также староста,  некий Козёл Фёдоров.

А теперь перенесемся в 19-й век и заглянем в метрические книги по Пудожу и его окрестностям, а также кусту деревень Каршево-Нигижма и  Авдеевской округе (вокруг Купецкого озера).  Выписки из этих книг мне любезно  предоставил бывший пудожский житель В. Егоров.

Посмотрим, как изменился список самых распространенных среди пудожан имен по прошествии трёхсот лет.  А выглядел он  так (в порядке убывания):

Мужские имена: 1. Иван 2. Фёдор 3. Василий 4. Михаил 5. Николай 6. Александр 7. Григорий 8. Пётр  9. Андрей 10. Семен 11. Афанасий 12. Павел. Немного отстали  Матвей, Егор, Антон.

Женские имена: 1. Анна 2. Мария 3. Евдокия 4. Ирина 5. Пелагея 6. Екатерина 7. Анастасия 8. Марфа 9. Елена 10. Матрона (Матрёна) 11. Агафья 12. Наталья 13. Евфимия. Чуть отстала Акилина, еще ниже – Варвара и Васса.

Как видим, среди мужчин первая четверка не изменилась. Кроме того, остались в списке Семён, Григорий, Пётр, Андрей. А вот Яков, Ларион, Тимофей, Игнат сдали свои позиции. Объяснить эти изменения я не берусь.

Среди редких мужских имен в тех же метрических книгах значатся  Автоном, Иов, Сарион, Иуда, Ян, Евтропий, Марк. А в деревне Левинской (это Заречье), как следут из метрических книг, «Алексей Егоров Тарасов и Мария Феофилактова родили Аполлона».

К редким  женским именам можно отнести такие,  как Соломания,  Макрина (Макрида), Юдиния, Ефема, Феодосия, Аполлинария. А у жителя деревни  Балдина гора Осипа Кирилова родились две дочери, одна получила имя Анхимия, вторая – Эрина.

В некоторых записях объясняются причины выбора того или иного имени. К примеру, в 1916 г. в  д. Кондаковская у Н. Мишина и его супруги Анны родился сын Александр,  названный, как сказано в метрической книге, «в честь Александра мученика, празднуемого 13 мая».

Отдельного разговора заслуживают  обладатели  имён из числа приезжих.  Здесь встречались и вовсе экзотические случаи. Так, пудожский уездный земский врач по фамилии Фогт имел, если можно так выразиться, «четырёхэтажное» имя: Эрнст Константин Николай Фридеман. В сочетании с отчеством Германович вся эта словесная конструкция выглядела на бумаге довольно устрашающе. Хотя этот прибалтийский немец (по моему предположению), был хорошим врачом и даже в качестве военного медика принял участие в русско-японской войне, получив там награду. Напротив,  когда у французской четы Борелль, отбывавшей ссылку в нашем городе в качестве военнопленных,  в 1814 году  родилась дочь, то счастливые родители назвали ее не какой-нибудь Луизой, а дали простое имя  Даша, да вдобавок еще и окрестили ее по православному обряду.

Непривычные русскому уху имена имели несколько десятков поляков, в основном, ссыльных, в разное время проживавших  в нашем городе: Алоизий, Клеопатра, Адам, Ян, Викентий, Любомир, Анастасий, Казимир; но чаще всего среди них, по моим приблизительным подсчетам, встречались    Иосифы и, как ни странно, нередки были Иваны. Вообще, как мы видим, на протяжении нескольких столетий самым распространенным именем среди пудожан, как и по всей России. оставалось имя Иван, что заставляет снова вспомнить поговорку: «На Руси Иванов, как грибов поганых». Это имя прочно вошло и в домашний обиход и в русский фольклор. Сразу же  вспоминается, конечно, известное  выражение «Иван, не помнящий родства», которое употребляли при встрече с полицией беспаспортные бродяги. Такие случаи отмечены и в истории нашего края. А вот некоторые пудожские Иваны вполне могли стать ваньками. Именно таким словом именовались  извозчики из числа самых дешевых. Особенно их много было в столичном Петербурге.  В этот город устремлялось в поисках заработка множество пудожских мужиков, так что мое предположение не лишено оснований.  А дома, на подоконнике, у многих пудожских обывателей вполне мог красоваться «Ванька мокрый» т. е. бальзамин, любимый цветок русской провинции. А как не вспомнить иван-чай (кипрей), из высушенных листьев которого заваривали т. н. «копорский чай». Кстати, в наши дни, на волне повального увлечения здоровым питанием, этот напиток снова вошел в моду, в том числе и в нашем городе. Ну, и, в конце концов, наши предки в старые времена не прочь были «свалять ваньку», исходя из характеристики пудожан, полученной ими  в 1854 году от  местного краеведа В. Желаева: «Охоты к физическим трудам мало   имеют; большей частию проводят время в праздности и лености…».

Новое в метрических книгах 19 века – обязательное употребление отчества, правда, часто в укороченной форме. Ведь и в более ранние времена именоваться на –вич люди «подлого звания» не имели права, могли только родовитые и знатные. В некоторых случаях   отчество могло указывать на происхождение или обстоятельства рождения человека. Например,    «зазорным», т. е. внебрачным детям, оно часто давалось одно и то же – Богданович, т. е. Богом данный. Такие дети вовсе не были редки в старые времена. Достаточно сказать, что в полицейской хронике царских еще времен по Олонецкой губернии фигурировала отдельная графа подкинутие младенцев, название говорит само за себя.

Ну, а теперь посмотрим, как изменилось имянаречение в нашем районе за последние десятилетия. Данные я взял в Пудожском ЗАГСе. В 2002 году лидирующая группа мужских имен выглядела так: 1. Максим 2. Александр 3. Денис 4. Дмитрий 5. Илья

  1. Иван 7. Николай 8. Андрей 9. Алексей 10. Владислав 11. Сергей 12. Евгений.

Среди женских лидировали: 1. Диана 2. Ксения 3. Анастасия 4. Алина 5. Анна 6. Валерия 7. Виктория 8 Елизавета 9. Кристина 10. Олеся 11. Полина.

Аналогичные данные за  2016 г. явного лидера среди мужских имен не выявили.  Чаще других  употреблялись : Александр,  Артём, Иван, Вячеслав, Даниил (Данила),  Владислав, Семён, Михаил, Егор, Дмитрий.. У девочек лидирующая группа выглядит так: Ульяна, Евгения, Елизавета, Александра, Валерия. Софья, Таисия. Как видим пристрастия родителей в вопросе имянаречения достаточно традиционны.    Но, если сравнить с 19 веком, то утратили свои позиции или вообще исчезли из употребления у пудожан за последнее время имена Фёдор, Василий, Григорий, Пётр, Афанасий. А самое устойчивое имя, которое и время не берет – это опять же Иван, что не может не радовать. У девочек совсем не употребляются: Евдокия, Пелагея, Марфа, Матрёна, Агафья. Причины тут могут быть разные, но, на мой взгляд, одна из главных – урбанизация, то есть постепенное увеличение доли городского населения за счет деревенского. Известно, что городское население более подвержено изменениям, моде, в т. ч. на имена. А деревенское  в этом смысле более традиционно. У нас ведь в советское время деревня, село стали признаками застоя, отсталости, а город – символом прогресса. Помнится, когда я учился в 10 классе  Пудожской средней школы, то слова «Эх ты, деревня!», сказанные в чей-то адрес, намекали на    тупость и отсталость этого человека.  Соответственно, ряд имен попал в разряд «деревенских», которые просвещенным горожанам были как бы не к лицу. Так произошло с вполне симпатичным именем Евдокия (Дуся, Дуня). Ведь бытовала одно время  даже поговорка « Пустили Дуньку в Европу!». Ну как после этого жить с таким именем?! Кстати, такая же участь постигла вполне себе заурядное имя Фофан (Феофан). Оно еще в 19 веке с легкой руки некоторых сочинителей стало нарицательным в значении невежественный, тёмный, неотесанный человек. Еще пример, всем известный – с именем Митрофан. После того, как драматург Фонвизин в своей комедии «Недоросль» создал яркий портрет неуча и лодыря в лице Митрофанушки,  это благозвучное имя стало пользоваться всё меньшим и меньшим спросом, особенно у читающей публики. Из более поздних времен мне вспоминается мой однокурсник  Анатолий, родом с Северного Кавказа, из Кабардино-Балкарии. По его признанию,  когда он услышал, что  староста нашего курса носит имя Федя, Фёдор, то не мог поверить ушам своим. В его представлении , это было не имя, а обзывка, прозвище, которым  могли наградить только самого отсталого и  глупого человека. Возможно, повлияла на мнение Анатолия и кинокомедия «Операция «Ы» и другие приключения Шурика» со знаменитым «Надо, Федя, надо!».

Разумеется, процесс обновления базы личных имен продолжается. За примером далеко ходить не надо. У меня на занятиях шахматного  кружка только в завершившемся учебном году перебывали  сразу две Миланы, Жан, Илман, Лианна, Глеб, Артур, Лев, Герман, Тимофей. Это в дополнение к традиционным Сергеям, Данилам, Александрам, Еленам и т. д.  И этот факт разумного сочетания новизны и традиции не может не радовать. Родители должны быть полностью свободны в выборе имени для своих детей, за исключением случаев, предусмотренных  законом.

А. Костин

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш имейл не опубликован*

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.

Контакты

89214564543
Istok_sily@mail.ru
Карелия, Пудожский район, д.Нигижма, ул.Пионерская, д.39.
Istok_sily@mail.ru

Социальные сети